Мечты и сомнения

Наш недавний разговор про доказательства причастности к квартире на Большой Филевской был прерван моими впечатлениями от другого разговора, случившегося под первым московским снегом, и посещением музейной экспозиции. Однако я помню, что не доложила вам о главном препятствии, из-за которого не решаюсь перешагнуть порог родного и любимого подъезда.

Пока я лечу на встречу с любимой Балтикой, есть время его обсудить.


Это препятствие – страх разочарования и связанные с ним сомнения.

Пока я ни разу не была в квартире после того, как мы из нее уехали, психологически она остается моей. Мы утратили права на нее как на жилплощадь, но сохранили право на сердечную привязанность и владение всеми воспоминаниями, с ней связанными.

И до сих пор квартира остается моей в глубинном смысле этого слова.

Я помню ее со всеми подробностями.

Ее образ соткан из множества мельчайших деталей, каждая из которых важна и обязательна.

Пока все признаки присутствия моих близких, включая мебель, текстиль, запахи и звуки, принадлежат мне на правах безраздельного владения. Ни один незнакомец за эти тридцать семь лет не ступил на наш паркет и не открыл наши окна – все остается нашим, неприкосновенным.

Я боюсь, что, войдя в квартиру и увидев ее нынешний, чужой и далекий, образ, я частично или полностью утрачу то бесценное ощущение дома, которым так дорожу.

Я боюсь столкнуться с реальностью, которая безжалостно разрушит иллюзию, и утратить то, чем еще обладаю.

Почему мне хочется войти в свой родной дом?

Потому что я хочу ненадолго переместиться в уютное прошлое, пронизанное улыбками, покоем и солнечным светом, и увидеть ту квартиру, где мы так счастливо жили.

Ту самую, а не то, что с ней стало. Понимаете?

Меня тянет в место, которое остается неприкосновенным в памяти – на короткое свидание с ним...

Возможно, кому-то эти эмоции покажутся неуместными, ведь для значительного числа людей, меняющих место жительства, бывший дом быстро или медленно превращается в пятиэтажку типовой серии 1-511/5, рассчитанную на 80 квартир. Я понимаю, что так происходит, и не думаю, что все должны испытывать глубокие привязанности к первому жилищу.

Но для меня этот дом - всё.

Не кирпичи и оконные рамы, разумеется, а тот огромный комплекс эмоций и воспоминаний, который связан с этим домом и подъездом.

Одно время я вынашивала идею купить в нем квартиру.

Не нашу, а любую, которая будет выставлена на продажу.

Если учесть, что средняя рыночная цена квадратного метра в однокомнатной квартире здесь равна 375.000 рублей, а общая площадь составляет всего-навсего 30 метров, стоимость моей мечты отнюдь не фантастическая.

Каждый раз, когда я вижу точно такой же дом, идея возрождается с новой силой.

Хоть постройка и относится к типовым, встречаю я их редко. Всего в Москве было построено порядка двух тысяч таких домов, и более ранние версии считаются лучшими.

В период триумфального шествия «хрущевок» по нашему городу себестоимость домов серии I-511/5 была самой высокой. Отменными по праву считались шумо- и теплоизоляция, да и высота потолков (2,72 м) жильцов вполне устраивала.

Кстати, первая цифра (иногда ее ошибочно принимают за букву «I») обозначает продольные несущие стены (в других сериях делают поперечные), а последняя цифра – этажность.

Если бы каким-то чудом мы приобрели квартиру в нашем или в соседнем домах, я бы не стала воссоздавать интерьеры далекого детства. Нет, такой мечты у меня нет.

Моя мечта – окунуться в прошлое. Мечта простая, но несбыточная. И ценой ее потери пока я не готова войти в подъезд, подняться на пятый этаж и увидеть реальность.

А что вы бы сделали в такой ситуации?

Сохранили детские воспоминания неприкосновенными и периодически облизывались, стоя под любимыми окнами?

Или попытались совместить их с новыми впечатлениями, не побоявшись явиться в свой родной дом?

Или сознательно сделали бы все, чтобы освободиться от прошлого?

Каким бы было ваше решение?