Я надеюсь, что каждому из вас знакомо чувство полного изнеможения, которое прекрасно сочетается с ощущением полноты жизни и приливом сил. Это кажущееся невозможным сочетание возникает по окончании важного проекта, который имеет предысторию и продолжение. Вырванный из исторического контекста, возможно, он не вызвал бы таких переживаний, но поскольку я знаю, какие сложности были преодолены до , и какие перспективы у него могут быть после , проект органично встраивается в цепочку событий и оказывает вдохновляющее действие. Не буду подробно отчитываться о вчерашнем мероприятии, так как не сумею подобрать слов, передающих силу эмоций. Ограничусь емкой, но правдивой оценкой: оно прошло идеально. То, о чем я писала накануне, сбылось - обстановка была торжественной, но душевной, и мне кажется, это главное. В таких мероприятиях всегда есть риск перейти грань и пуститься в пафосное резонерство, при котором каждый следующий оратор стремится перещеголять в красноречии предыдущего и любуется тем, как у него это здорово выходит. Конечно, некоторая идеализация образа, свойственная жанру воспоминаний, присутствовала, но она не выходила за пределы разумного. И никакой траурности тоже не было. Мы решили приглушить свет, чтобы со всех рядов были отчетливо видны фотографии, демонстрируемые на экране. Благодаря этому, массовое мероприятие приобрело личный характер, а сдержанное освещение не выглядело мрачным. После открытия горельефа (легким движением руки с него была сдернута ткань), речей и презентации мемориального кабинета, на которые в общей сложности ушло несколько часов, я доделала рабочие дела и пошла в опустевшее фойе. Мне хотелось побыть в нем одной, а заодно убедиться, что все выглядит аккуратно и красиво. Место, где в полдень было шумно и многолюдно, поразило меня тишиной и покоем. Не знаю, понравился бы герою торжества этот памятник или нет, но у меня было чувство, что мы сделали все, что могли. Понятно, что стремление к совершенству может быть бесконечным, и всегда найдется тот, кто укажет на недостатки и промахи, но уверенность, что ты сделал все, что мог , спасает от лишних сомнений. На всех этапах вчерашнего дня в качестве музыкального оформления была использована подборка песен в исполнении Ирины Подошьян. Мне показалось очень трогательным и важным незримое присутствие жены на церемонии открытия горельефа мужа. Идея включить эти композиции вместо какого-нибудь нейтрального звукового фона возникла у меня накануне. Первоначальный сценарий предусматривал легкую классику, и я рада, что сообразила его изменить. Присутствие голоса Ирины Аветисовны произвело на присутствующих большое впечатление. Те, кто его узнал, были тронуты; те, кто до вчерашнего дня не слышал ее пения, были тронуты вдвойне. Выбирая песни, я ориентировалась на их настроение и темп – хотелось, чтобы все композиции слились в единое целое. В ее репертуаре мне нравится песня «Мой чудак-человек», записанная певицей в сопровождении инструментального ансамбля «Мелодия». К сожалению, я не знаю авторов, поскольку не сумела отыскать пластинку, на которой они были бы указаны, но в песне есть слова, которые вчера прозвучали по-особенному пронзительно: Не грусти, мой чудак-человек, Не черти на окне письмена. Ты же знаешь, за окнами снег Выпал этой зимой без меня...