Блошиный праздник

Я неоднократно докладывала, что у москвичей нет никакой возможности избежать культурного роста из-за обилия досуговых предложений, нацеленных на совершенствование горожан.

О том, что местные учреждения культуры рвут нас на части, пытаясь завлечь на концерты, фестивали и прочие увлекательные мероприятия, вы знаете.

Чтобы так отдыхать, надо хорошенько уставать в будни.

Что ни вечер или выходной – граждане погружаются в мучительный выбор, где развлечься. Заботу о том, как это сделать, берет на себя столица.

И, зная это, вы можете представить, какое количество лекций и карнавалов развернуло охоту за наше внимание в день города!

Однако не все присоединились к празднованию.


Кому-то удалось укрыться в своих загородных усадьбах, кто-то предусмотрительно сделал выходные рабочими, некоторые так и вовсе уехали из страны, лишь бы не ходить на викторины, но основная масса горожан мужественно развернула афиши и попыталась сфокусировать на них свое внимание.

Если честно, я не представляю, как можно выбрать лучшее из лучшего, и не знаю, как мои сограждане отдавали предпочтение той или иной праздничной площадке.

Мы пошли своим путем.

Чтобы избежать суеты, мы отметили 875-летие родного города накануне.

Думаю, что именинница несуеверна, и с пониманием отнесется к нашей инициативе.



В сам день рождения мы, разумеется, остались с ней, но метаться по паркам и библиотекам не стали.

Я подумала, что лучшим местом для празднования является Музей Москвы.

Посудите сами, можно ли найти более московское пространство, чем музейная площадка любимого города? Ее посещением и было решено ограничиться, тем более что наш городской музей одновременно является и выставочным комплексом, и лекционным залом, и блошиным рынком.

Признаюсь, больше всего меня интересовало последнее.

Рассчитав время (расстояние от дома до музея слегка превышает пять километров), я отправилась в путь.

По моим прикидкам, я должна была явиться к открытию, но по дороге попала в водоворот праздника, из которого сумела выбраться лишь спустя час.

На небольшом участке улицы, от Большого театра до Манежа, чего только не было: и бассейн, и тенистая аллея, и футбольное поле, и три эстрады, и выставка тракторов, и несколько кафе, и спортивные ринги, и лекционные залы, и многое другое.

Впрочем, такими разносолами москвичей не удивишь.

Думаю, что по фотокарточкам вы получите полное представление.







И справа, и слева шли интеллектуальные состязания: добровольцы блистали знаниями из области городской истории.



Конечно, я задержалась около каждого духового оркестра. Все коллективы исполняли популярные мелодии, и на фоне Манежной площади они звучали очень нежно.



Напротив университета была развернута экспозиция сельскохозяйственной техники, вокруг которой то и дело собиралась небольшая толпа зевак.



Мне понравилась легкая атмосфера выходного дня, в которой отсутствовал пафос. Люди просто слушали музыку и грелись на сентябрьском солнце.

К слову, все остальные улицы, по которым я шла – Волхонка, Пречистенка, Остоженка, жили обычной субботней жизнью. На улицах не было практически никого, если не считать компактной очереди, собравшейся в полдень у галереи в ожидании ее открытия.

О том, что горожане, едва встав с постели, разбегаются по галереям, я как-то писала. День города не стал исключением.



И вот наконец я попала на блошиный рынок.



Я знала, что ничего не буду покупать.

Даже то, что мне очень понравится.

С установкой «мне ничего не нужно» я вошла на территорию музея.

Блошиный рынок для меня не торговая площадка, а возможность воочию увидеть прошлое и с радостью отметить: оно еще живо.



Основной ассортимент местного блошиного рынка – антикварная и винтажная посуда, украшения и предметы быта. На четвертом месте – одежда второй половины ХХ века.



Товар представлен по-разному. Кто-то выкладывает его профессионально, снабжая стильными ценниками.



Кто-то высыпает скарб на асфальт, охотно торгуется и не пытается показать товар лицом.



Купить в одном месте можно все – от «Советского экрана» 1968 года до половины дома.



Есть и тематические подборки. Вот, например, базовый набор гражданина, испытывающего ностальгию по советским временам.



Но больше всего на рынке посуды, и вся она очень узнаваема.

У некоторых прилавков меня охватывала тревога: уж не позаимствовали ли продавцы наши чашки и рюмки.



Медленным шагом я дважды обошла все ряды, сурово повторяя себе: ничего не покупаю! Наибольшие усилия по сдерживанию потребительских порывов мне пришлось прикладывать у чайных и кофейных пар, а также рядом с букинистическими прилавками.

Действительно, в нашем доме есть практически весь винтажный ассортимент, и если мне будет нечем заняться, я смогу открыть собственный блошиный рынок, размерами превосходящий музейный.



Среди продавцов выделяются две категории: профессионалы и любители.

Число первых заметно преобладает над числом вторых. И те, и другие словоохотливы и приветливы. Они с желанием травят байки, ненавязчиво расхваливая свой товар.

У покупателей обратное соотношение: любителей больше, чем заядлых коллекционеров.

Судя по разговорам, подслушивания которых невозможно избежать в медленно фланирующей толпе, подавляющее большинство делает покупки для того, чтобы ими пользоваться.

Кто-то ищет конкретную вещицу (например, шестой фужер взамен разбитого), кто-то тяготеет к предметам определенной эпохи, а кому-то товар интересен исключительно с утилитарной точки зрения.

Очевидно, что на рынке много завсегдатаев, ведь такой формат времяпрепровождения подходит не каждому. Есть люди, которые не переносят блошки, презрительно считая их барахолками. Они брезгливо воротят носы от старых вещей и судят о явлении по поверхностным признакам.

Я не воспринимаю блошиный рынок как барахолку – скорее как овеществленную историю повседневности, которая является объектом уважения и исследования.

Как можно презирать то, что преданно служило людям, украшало их квартиры, создавало уют и комфорт?

Все эти вазочки, шляпки, грампластинки, открытки, половники – верные спутники человека, и они заслуживают бережного отношения.

Пройдет несколько десятилетий, и они исчезнут без следа, как исчезли их предшественники. Будут ли через пятьдесят лет так же привлекательно выглядеть вещи, производимые сегодня – вопрос, на который каждый может придумать свой ответ.

И в завершении моей праздничной прогулки разрешите мне поинтересоваться вашим мнением о моей силе воли.

Ответьте, пожалуйста, на вопрос: смогла ли я сдержать данное себе обещание ничего не покупать? Хватило ли мне силы воли, осмотрев все товары, уйти с пустыми руками?