В поддержку обывателей
Основную часть населения планеты составляют обыватели. Настолько основную, что они и есть - глобальное человеческое сообщество.
Иногда обывателей называют «простыми людьми», и главное, что определяет их «простоту» - отчужденность от принятия решений, затрагивающих интересы масс.
Единицы управляют жизнями миллионов, определяя продолжительность, безопасность и качество этих жизней – так было и будет всегда.
Обыватели давно привыкли к зависимому положению, извлекают из своей вынужденной безответственности определенную выгоду и гибко адаптируются к текущим ситуациям.
Они выработали массу приспособительных механизмов, овладели навыками самообладания, которые передают из поколения в поколение в виде ценного коллективного опыта.
Есть места, в которых «простые люди» полагают, что допущены к управлению и имеют возможность менять ход событий.
Да, это так, но с важной оговоркой, меняющей всю суть: этот допуск является хорошо контролируемым, тщательно управляемым и жестко ограниченным. Решение о нем всегда принимается сверху, и то, что массы могут делать без опасных последствий для себя, всегда относится к категории «разрешено».
На всей планете «низами» командуют «верхи», и к мнению «простого человека» прислушиваются до тех пор, пока оно совпадает с желательным и не влечет за собой неудобств для единиц, имеющих реальную, а не иллюзорную, власть.
Любое общественное поведение является навязанным сверху. Разница заключается лишь в технологиях и в использовании разных методов навязывания – от весьма неделикатного подавления сопротивления до ловкого манипулирования информацией (что никак не влияет на суть процесса и конечный результат).
«Низы» должны быть подчинены единой воле не потому, что так хочет «верх», а потому, что это единственный способ избежать хаоса, и потому все власти являются одинаковыми, вне зависимости от того, какую систему ценностей они декларируют, и какие маски надевают.
А как живет обыватель?
Обыватель тоже везде живет одинаково.
Что бы ни происходило, он вынужден приспосабливаться.
Его главной задачей всегда является сохранение собственной жизни и жизни близких, минимизация ущерба для личного здоровья, а также поддержание достигнутого уровня благополучия. Кто-то решает эту задачу, окопавшись в личном пространстве, кто-то – публично громя оппонентов обвинениями.
При всей разнице во внешних проявлениях, и те, и другие преследуют одну и ту же цель.
Обыватель может часами просиживать штаны в пабликах, с головой погружаясь в происходящие события, а потом получить плохие результаты анализа мочи и резко охладеть к мировым катастрофам.
Всё. В его моче лейкоциты, глюкоза, белок и бактерии, и в сочетании с легкой тянущей болью в правом боку, которую он упорно пытался связать с неудобным спальным местом, эти факты приобретают масштаб настоящей катастрофы, до которой никому, кроме него, нет дела. И это одиночество перед лицом проблемы угнетает его больше, чем все исторические неурядицы вместе взятые.
И в поисковую строку он больше не забивает «что происходит сегодня в…». Ему теперь не до чужих страданий и не до социальной справедливости.
Отныне и до полного исцеления в его поисковой строке – «как лечить пиелонефрит».
Да, вчера обыватель испытывал глубокое и искреннее сочувствие к угнетенным, был готов рвать пижаму за прогресс, равенство и братство, но, если обстоятельства наступают на его мозоли, запускают руку в его банковский счет, перепутывают его личные планы, он становится беспощадно безразличным и эгоистичным.
Можно ли осуждать обывателя за такое поведение?
Нет.
Обыватель слаб, зависим и беззащитен.
Его безопасность и благополучие волнуют только его одного, и никто не станет обустраивать его простое человеческое счастье за свой счет.
Даже если он принесет в жертву человечеству все свои деньги и все свое здоровье, это не только не повлияет на ход событий, но и останется незамеченным, и обыватель разумно воздерживается от безрассудных поступков.
В сложной ситуации все люди ведут себя так, как умеют. И все преследуют одну цель – сберечь имеющееся и снизить тревогу.
Не надо мешать им выживать и не надо усугублять их переживания, нервируя упреками и пугая последствиями.
Простые люди везде одинаковые. Не лучше, не хуже – как все.
Иногда обывателей называют «простыми людьми», и главное, что определяет их «простоту» - отчужденность от принятия решений, затрагивающих интересы масс.
Единицы управляют жизнями миллионов, определяя продолжительность, безопасность и качество этих жизней – так было и будет всегда.
Обыватели давно привыкли к зависимому положению, извлекают из своей вынужденной безответственности определенную выгоду и гибко адаптируются к текущим ситуациям.
Они выработали массу приспособительных механизмов, овладели навыками самообладания, которые передают из поколения в поколение в виде ценного коллективного опыта.
Есть места, в которых «простые люди» полагают, что допущены к управлению и имеют возможность менять ход событий.
Да, это так, но с важной оговоркой, меняющей всю суть: этот допуск является хорошо контролируемым, тщательно управляемым и жестко ограниченным. Решение о нем всегда принимается сверху, и то, что массы могут делать без опасных последствий для себя, всегда относится к категории «разрешено».
На всей планете «низами» командуют «верхи», и к мнению «простого человека» прислушиваются до тех пор, пока оно совпадает с желательным и не влечет за собой неудобств для единиц, имеющих реальную, а не иллюзорную, власть.
Любое общественное поведение является навязанным сверху. Разница заключается лишь в технологиях и в использовании разных методов навязывания – от весьма неделикатного подавления сопротивления до ловкого манипулирования информацией (что никак не влияет на суть процесса и конечный результат).
«Низы» должны быть подчинены единой воле не потому, что так хочет «верх», а потому, что это единственный способ избежать хаоса, и потому все власти являются одинаковыми, вне зависимости от того, какую систему ценностей они декларируют, и какие маски надевают.
А как живет обыватель?
Обыватель тоже везде живет одинаково.
Что бы ни происходило, он вынужден приспосабливаться.
Его главной задачей всегда является сохранение собственной жизни и жизни близких, минимизация ущерба для личного здоровья, а также поддержание достигнутого уровня благополучия. Кто-то решает эту задачу, окопавшись в личном пространстве, кто-то – публично громя оппонентов обвинениями.
При всей разнице во внешних проявлениях, и те, и другие преследуют одну и ту же цель.
Обыватель может часами просиживать штаны в пабликах, с головой погружаясь в происходящие события, а потом получить плохие результаты анализа мочи и резко охладеть к мировым катастрофам.
Всё. В его моче лейкоциты, глюкоза, белок и бактерии, и в сочетании с легкой тянущей болью в правом боку, которую он упорно пытался связать с неудобным спальным местом, эти факты приобретают масштаб настоящей катастрофы, до которой никому, кроме него, нет дела. И это одиночество перед лицом проблемы угнетает его больше, чем все исторические неурядицы вместе взятые.
И в поисковую строку он больше не забивает «что происходит сегодня в…». Ему теперь не до чужих страданий и не до социальной справедливости.
Отныне и до полного исцеления в его поисковой строке – «как лечить пиелонефрит».
Да, вчера обыватель испытывал глубокое и искреннее сочувствие к угнетенным, был готов рвать пижаму за прогресс, равенство и братство, но, если обстоятельства наступают на его мозоли, запускают руку в его банковский счет, перепутывают его личные планы, он становится беспощадно безразличным и эгоистичным.
Можно ли осуждать обывателя за такое поведение?
Нет.
Обыватель слаб, зависим и беззащитен.
Его безопасность и благополучие волнуют только его одного, и никто не станет обустраивать его простое человеческое счастье за свой счет.
Даже если он принесет в жертву человечеству все свои деньги и все свое здоровье, это не только не повлияет на ход событий, но и останется незамеченным, и обыватель разумно воздерживается от безрассудных поступков.
В сложной ситуации все люди ведут себя так, как умеют. И все преследуют одну цель – сберечь имеющееся и снизить тревогу.
Не надо мешать им выживать и не надо усугублять их переживания, нервируя упреками и пугая последствиями.
Простые люди везде одинаковые. Не лучше, не хуже – как все.