Ольга Серебровская (olga_srb) wrote,
Ольга Серебровская
olga_srb

Слово из пяти букв

Есть в русском языке слово, которое может не только в корне изменить отношение к сказанному, но и опорочить человека так, что исправить положение будет крайне сложно. Особенно мощную силу это слово приобретает, будучи написанным, хотя оно относится к вполне приличным и литературным.


Текст №1. Абонент – отец 5-летнего мальчика - сообщает, что в детском саду ребенок стал свидетелем психотравмирующего события: к воспитательнице пришел муж, на глазах у детей уличил ее в измене, которая произошла накануне. В присутствии группы детей мужчина стал требовать от жены объяснений, кричал, что о поведении жены узнал от ее коллег. Абонент утверждает, что конфликт постепенно перерос в драку между обманутым мужем и охранником учреждения, пытавшимся вывести постороннего мужчину с территории детского сада. Вечером того же дня абонент обратился за психологической помощью в одну из городских организаций, однако консультант отказался его выслушивать, ссылаясь на большую занятость.

В итоге цепь событий выглядит следующим образом: измена - сообщение об измене - сцена ревности - драка – ребенок стал свидетелем – отказ в психологической помощи.

О чем говорит текст? О том, что ребенок пострадал, отец обеспокоен, но плохой психолог не захотел им помочь.

А теперь возьмем это всесильное слово и вставим его в текст.

Текст №2. Абонент – отец 5-летнего мальчика - сообщает, что в детском саду ребенок стал свидетелем психотравмирующего события: к воспитательнице пришел муж, на глазах у детей уличил ее в измене, которая якобы произошла накануне. В присутствии группы детей мужчина стал требовать от жены объяснений, кричал, что о поведении жены узнал от ее коллег. Абонент утверждает, что конфликт постепенно перерос в драку между обманутым мужем и охранником учреждения, пытавшимся вывести постороннего мужчину с территории детского сада. Вечером того же дня абонент обратился за психологической помощью в одну из городских организаций, однако консультант отказался его выслушивать, ссылаясь на большую занятость.

Что мы получим? Любая информация, следующая за «якобы», начинает восприниматься как ложная, а сообщающий эту информацию как либо неуверенный в ее достоверности, либо откровенный лжец.

В итоге цепь событий выглядит следующим образом: измены не было – ложное сообщение об измене – необоснованная сцена ревности - драка – ребенок стал свидетелем – отказ в психологической помощи. Здесь факт конфликта между взрослыми под сомнение не ставится, но вот обвинение в измене расценивается как необоснованное.
Кто лжец? Коллеги воспитательницы. Кто плохой? Патологически ревнивый муж и, конечно, психолог, отказавший в помощи.

Теперь перенесем слово в другое место.

Текст №3. Абонент – отец 5-летнего мальчика - сообщает, что в детском саду ребенок стал свидетелем психотравмирующего события: к воспитательнице пришел муж, на глазах у детей уличил ее в измене, которая произошла накануне. В присутствии группы детей мужчина стал требовать от жены объяснений, кричал, что о поведении жены узнал от ее коллег. Абонент утверждает, что конфликт якобы постепенно перерос в драку между обманутым мужем и охранником учреждения, пытавшимся вывести постороннего мужчину с территории детского сада. Вечером того же дня абонент обратился за психологической помощью в одну из городских организаций, однако консультант отказался его выслушивать, ссылаясь на большую занятость.

По тексту №3 отец воспринимается как фантазер, драматизирующий ситуацию. Новая цепь событий: измена – сообщение об измене – сцена ревности – никакой драки и, соответственно, никакой психотравматизации у ребенка – отказ в психологической помощи. Здесь факт конфликта между воспитателем и ее мужем выглядит достоверным, но не столь драматичным, как хочет представить его абонент.

Кто лжец? Абонент. И отказ в помощи уже не выглядит таким жестоким, как ранее.

Текст №4. Абонент – отец 5-летнего мальчика - сообщает, что в детском саду ребенок стал свидетелем психотравмирующего события: к воспитательнице пришел муж, на глазах у детей уличил ее в измене, которая произошла накануне. В присутствии группы детей мужчина стал требовать от жены объяснений, кричал, что о поведении жены узнал от ее коллег. Абонент утверждает, что конфликт постепенно перерос в драку между обманутым мужем и охранником учреждения, пытавшимся вывести постороннего мужчину с территории детского сада. Вечером того же дня абонент обратился за психологической помощью в одну из городских организаций, однако консультант отказался его выслушивать, ссылаясь на якобы большую занятость.

По тексту №4 выстраивается новая цепочка: измена – сообщение об измене – сцена ревности – драка – психотравматизация – ужасный психолог, который необоснованно отказал в помощи. Здесь отец и ребенок предстают в роли потерпевших, а психолог – как лентяй.
Кто лжец? Никто. Но психолог – плохой, и весь гнев читателя обрушивается именно на него.

Ну, и еще последний вариант.

Текст №5. Абонент – отец 5-летнего мальчика - сообщает, что якобы в детском саду ребенок стал свидетелем психотравмирующего события: к воспитательнице пришел муж, на глазах у детей уличил ее в измене, которая произошла накануне. В присутствии группы детей мужчина стал требовать от жены объяснений, кричал, что о поведении жены узнал от ее коллег. Абонент утверждает, что конфликт постепенно перерос в драку между обманутым мужем и охранником учреждения, пытавшимся вывести постороннего мужчину с территории детского сада. Вечером того же дня абонент обратился за психологической помощью в одну из городских организаций, однако консультант отказался его выслушивать, ссылаясь на большую занятость.

По тексту №5 вся цепь событий подвергается сомнению. Кто лжец? Абонент. Была ли измена? Была ли ссора? И вообще: был ли мальчик? Неизвестно.

Это «якобы» творит чудеса, и потому я прошу своих коллег не использовать его в профессиональных записях, чтобы не вносить в них оценочных оттенков, лишенных объективных оснований.

Tags: заметки, профессия
Subscribe

Posts from This Journal “профессия” Tag

  • Должно ли быть всё хорошо?

    Всякий раз, когда я читаю эмоционально окрашенное «обращение гражданина», я пытаюсь поставить себя на место заявителя и посмотреть на ситуацию его…

  • Чем занимаются терапевты?

    Всё. Теперь не знаю, как дожить до пенсии, чтобы завершить психологическую карьеру и стать звездой малого экрана. (Кстати, ничего не слышно по…

  • Просто добавь воды…

    Семь лет прошло, а события июля 2011-го я помню во всех деталях. Помню, как покупали билеты на поезд (он отправлялся из Москвы вечером и прибывал в…

  • Полдень с психиатром

    Думала, что не буду писать об этом в ЖЖ, но в итоге желание узнать ваше мнение оказалось сильнее сомнений. Несколько недель назад в больнице, где я…

  • Путь к взаимопониманию или трата времени?

    Можете отнестись к моим словам скептически (я не обижусь!), но мы действительно хотим, чтобы общение наших пациентов с нашими специалистами было…

  • Уйти и вернуться

    Существует мнение: если потребитель дошел со своим недовольством до высшего руководства, то это – недоработка «низшего» звена. В рамках этого мнения…

  • Как мы станем жить долго и счастливо

    В последнее время многие – от президента до простого клерка - все чаще говорят о необходимости повышения средней продолжительности жизни граждан.…

  • Дети и электростанции

    Выражение «всё лучшее – детям, но – в последнюю очередь!» очень точно отражает наше отношение к младшему поколению. Со всех сторон раздаются призывы…

  • Законные представители

    Быть сиротой – плохо. Быть не-сиротой – хорошо. Однако чем больше я наблюдаю за поведением отдельных законных представителей (в обиходе именуемых…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments