Ольга Серебровская (olga_srb) wrote,
Ольга Серебровская
olga_srb

Время лечит?

Принято считать, что время лечит. Под этим подразумевается естественное ослабление переживаний, возникающее по мере удаления от психотравмирующего события. Отчасти это верное утверждение, но всегда ли время лечит?


После того, как жизнь наносит человеку удар, здоровая психика включает механизмы защиты. Один из таких механизмов – горевание - процесс эмоционального реагирования на личную утрату. Он не ограничивается рыданиями и тоской, он длится долгое время, которое требуется человеку для реорганизации жизни под новые условия. Именно это время, время горевания, и оказывает тот самый лечебный эффект, о котором говорят «время лечит».

Лечение временем (горевание) проходит несколько этапов, которые закономерно сменяют друг друга. Эта последовательность носит универсальный характер, и в норме через нее проходит любой психически здоровый человек, переживающий личную утрату. Если какая-либо стадия пропускается или затягивается, нормальное горевание прекращается и возникает патологическая реакция горя.

Несмотря на все ужасное многообразие потерь, увы, неизбежных в нашей жизни, каждый, переживающий утрату, чувствует примерно одно и то же. Он испытывает чувство вины, что «не сделал для умершего все, что мог», что «не всегда думал о нем хорошо», что «был невнимателен к нему при жизни» и т.д. Эти самообвинения сопровождаются поглощенностью образом умершего, постоянными воспоминаниями о нем, воспроизведением в памяти знакомых черт, звука голоса, характерных жестов. Эти мысли столь тяжелы, что человек испытывает физическое страдание (тяжесть в сердце, камень на душе).

Горе замыкает нас на наших чувствах. Чужая жизнь, продолжающаяся независимо от произошедшей трагедии, чужой смех, чужие радости и заботы, теперь кажущиеся такими мелочными, вызывают раздражение, а иногда – агрессию. В период острого горя мы отдаляемся от остального мира, сужаем контакты. Иногда это длится долго, поскольку мы считаем, что, возвращаясь к смеху и радостям, мы «предаем» того близкого человека, который покинул нас.

Пытаясь вывести горюющего из добровольной изоляции, окружающие часто говорят, имея в виду умершего: «Он не хотел бы, чтобы ты так плакал и так убивался». Мы отказываемся от прежних увлечений, любимых занятий (на что, как правило, говорят «ты должен теперь жить и радоваться за двоих»). Прежние модели поведения разрушаются, но на их месте постепенно формируются новые.

Горе совершает свою «работу». Мы выходим из тупика. Болезненно, постепенно, но мы движемся в сторону выхода. Иногда мы выходим в покорное, тихое отчаяние, которое доживает с нами весь оставшийся срок, чаще – в понимание, что и после смерти близкого человека наша собственная жизнь продолжает иметь свою ценность.

Постепенно мы прощаем прошлое, проводим инвентаризацию ценностей и смыслов и соглашаемся, что время лечит.

Возможно, когда-нибудь мы поймем, что лечит не время, а та трудная работа, которую горе с течением времени совершило в нашей психической реальности.


Tags: ЧС, психолог
Subscribe

Featured Posts from This Journal

  • Что такое острый стресс?

    Он пережил стресс… Она находится в стрессовой ситуации… Такие «заключения» можно слышать очень часто, при этом под «стрессом» понимается все, что…

  • Пришла с похорон…

    Однажды я услышала фразу, которую отложила в памяти до «лучших времен». И вот сегодня эта фраза вспомнилась - сама собой, без усилий и надобности.…

  • Вместе до конца

    Смерть является фактом и важнейшим событием в жизни. По сути, мы все одинаково смертны, и разница состоит лишь в том, что у кого-то срок жизни уже…

  • Вместе до конца. Часть 2. Что делать тем, кто рядом

    Интенсивность психологического присоединения к переживаниям умирающего может быть разной. Все зависит от характера отношений, от личностных…

  • Вместе до конца. Части 3 и 4

    Часть 3. Болезнь как часть полноценной жизни. Неизлечимая болезнь нередко приводит к личностному росту, который состоит в том, что: •…

  • 11 апреля 2010 года

    Шесть лет назад этот день был воскресеньем. Мы с коллегами работали на опознании жертв авиакатастрофы под Смоленском. Это был первый день скорбной…

  • Три часа надежды

    29 марта 2010 года в московском метро произошло два взрыва: в 7 часов 56 минут на «Лубянке», в 8 часов 39 минут на станции «Парк культуры». На…

  • В списках не значился…

    Как я уже писала ранее, в течение 12 лет я занималась психологическим сопровождением опознания погибших. О профессиональных аспектах этой работы…

  • Что лежит в твоем мешке?

    В течение 12 лет я занималась психологическим сопровождением опознания погибших (сопровождали мы, разумеется, их живых родственников). О…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 40 comments