Ольга Серебровская (olga_srb) wrote,
Ольга Серебровская
olga_srb

Москва поверила слезам

Иногда на работе возникают ситуации, для которых определение «житейская» оказывается самым точным. Смотришь на нее со стороны, и никакого образования не надо, чтобы дать оценку тому, что произошло. Участники событий хотят услышать профессиональное мнение и получить профессиональную помощь, а у меня невольно актуализируются исключительно житейские мудрости.


Треугольник (не равносторонний): он, она и ребенок.

Он – 67 лет, высшее образование, москвич, владелец 3-комнатной квартиры в центре города (с окнами во двор).

Она – 31 год, «приторговывала», гражданка дружественного государства, собственностью не обременена.

Проконсультировать семью попросили знакомые, обеспокоенные тем, что у мужчины «разладились отношения с женой, и ходит он весь такой несчастный». «Несчастный» позвонил мне по телефону, изложил свою точку зрения и попросил «поговорить с супругой», сформулировав свои пожелания. Супруга приехала на консультацию вместе с их 3-летним ребенком.

Его запрос (по телефону): «что-то не так у нас с супругой пошло с зимы». Рассказывает, что познакомился с женщиной в социальной сети, проникся сочувствием, ощутил себя героем, рассказал о себе, предложил познакомиться поближе. То, что их души – родственные, «понял сразу». «Три года жили душа в душу», но после встречи нового года «все пошло наперекосяк». Просит «выведать у жены, что ей не нравится».

Ее запрос… Впрочем, о нем чуть позже. Признается, что «устала от нищеты», познакомилась с будущим мужем в социальной сети и, получив предложение познакомиться поближе (примерно через месяц после виртуального знакомства), купила билет в плацкартный вагон и приехала в Москву. Поближе познакомились в тот же вечер в его трехкомнатной квартире. «Стали сожительствовать», родила ребенка, после чего мужчина благородно предложил возлюбленной руку, сердце и свою военную пенсию. Приняла все, согласно списку.

Через три с половиной года она окончательно и необратимо освоилась в Москве, и пожилой муж стал казаться лишним. Во всяком случае, в квартире. По родному дому и матери не скучала, а вот по 14-летнему сыну тосковала, мечтая, как перевезет его в российскую столицу.

Ее запрос: установить, есть у трехлетнего ребенка признаки «последствий сексуального домогательства со стороны отца».

На вопросы о причине такого беспокойства отвечает уклончиво, но сообщает, что видела, как муж «без трусов шел из ванной мимо детской». Потом вспоминает, что пожилой супруг «часто с удовольствием подмывает ребенка, а это - домогательства».

Обследовала ребенка - никаких признаков психологической травматизации, никаких отклонений в психическом развитии.

Зову мать и сообщаю о результате (отец ребенка, разумеется, вне ситуации и даже не может предположить, о чем мы разговаривали с ребенком, и что не нравится молодой женщине).

Женщина заметно расстраивается. Продолжаем беседовать. Через полчаса она почти с отчаянием спрашивает: «Ну, и как мне от него избавиться, а квартиру за собой оставить? Думаете, вообще шансов нет, если заявление напишу?».


Tags: повседневность, психолог, случай из практики
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 72 comments