Ольга Серебровская (olga_srb) wrote,
Ольга Серебровская
olga_srb

Сочувствие

Русский язык - не только великий и могучий (как уверял Иван Сергеевич), но и весьма странный. Одно из странных слов – «сочувствие». Если разделить его на две неравные части, то может показаться, что сочувствие – это со+чувствие, то есть умение присоединиться к чувствам другого человека, в полной мере разделив их.

А теперь представьте, что в ответ на изъявление радостных чувств в виде восторженного рассказа о прекрасном событии вы заметите: «Я тебе сочувствую». Как отнесется счастливчик к такому замечанию? А ведь вы искренне разделили его радость, то есть со-чувствовали ему!

Когда доходит до практического применения, «сочувствие» начинается распространяться не на все чувства, а лишь на грусть, печаль и боль, но вместо «согрустия», «сопечалия», «соболия» мы употребляем это странное слово «сочувствие», которое на самом деле должно означать «сострадание». Из обобщенного умения разделять любые чувства сочувствие превращается в способность и готовность прожить огорчение, которое переживает другой человек.

К чему все эти рассуждения? Они являются неловкой попыткой оттянуть главное: обсуждение самих чувств.


В последние дни мне довелось много и глубоко сочувствовать чужому горю. Эмоционально насыщенное событие невольно напомнило мне работу на опознаниях. С последнего опознания прошло немало времени, и мне казалось, что чувства, пережитые ранее, уже притупились… Оказалось, что нет: как будто по мановению печальной «волшебной палочки», в одно мгновение актуализируется все, испытанное ранее. Удивительное свойство имеет память – сохранять мельчайшие эмоциональные детали…

Странно, что за столько лет я так и не стала «профессиональным сочувствующим». Каждая трагическая ситуация, при всем сходстве с предыдущими трагедиями, воспринимается мной очень остро. Сопровождать людей в их экстремальных страданиях мне доводилось бесчисленное количество раз, но меня не покидает ощущение, что во мне – неиссякаемый запас сопереживания, экономить который совершенно бессмысленно. Вот зачем мне оберегать эти эмоциональные закрома от регулярного потребления? Ради того, чтобы они покрывались плесенью? Не знаю почему, но у меня не возникает желания защититься от эмоциональных трат и не происходит привыкания к горю.

Хорошо это или плохо – на этот вопрос у меня ответа нет.

Одновременно я начинаю понимать, откуда во мне такая толерантность к критике и недоброжелательности, которая вызывает удивление у многих, кто хорошо меня знает.

Действительно, меня невозможно ранить, оскорбить или всерьез задеть. Я могу (из приличия) пресечь агрессивные выпады и временно расстроиться, но вот испытать глубокую обиду – нет, не получается. Стоит во мне какой-то невидимый и нерушимый ограничитель… Все нападки кажутся нелепыми и смешными, потому что мой ресурс эмоционального реагирования смещен в другую сторону – в сторону сопереживания чужому горю. Не знаю, как так получилось… Возможно, это – профессиональная деформация, а может быть – индивидуальная особенность, призванная делать меня неуязвимой, чтобы сохранить эмоциональный резерв для использования в ситуации, могущей принести пользу людям.

Есть мнение, что сочувствие имеет эгоистическую природу: пытаясь успокоить другого, мы стремимся облегчить собственное состояние – снять чувство вины и тревоги. Что ж, я не стану спорить с такой точкой зрения. Не исключено, что я столь эгоистична, что чужая боль вызывает во мне желание немедленно ее устранить. Пусть так. Правда, мое сочувствие – весьма деятельное: оно не ограничивается эмоциональным разделением страдания, а сопровождается работой, направленной на выведение человека из состояния горя. Точнее – на совместное прохождение с ним последовательных стадий горевания.

И с чем мне еще очень повезло: понимая, что моя помощь не будет оценена и в мой адрес могут прозвучать претензии и упреки (а не благодарность), я не стремлюсь сократить свой эмоциональный вклад и делаю его свободно и без сожаления.

Одним словом, иногда самые тяжелые в эмоциональном смысле дни становятся самыми осмысленными и важными в жизни.
Tags: личное
Subscribe

Posts from This Journal “личное” Tag

  • Как я не внесла вклад в науку (начало)

    Три четверти моих друзей и подружек – доктора наук, и все они без исключения задают мне вопрос «почему ты до сих пор не защитилась?». Кто-то задает…

  • Хороша страна Кальдония!

    Если вы не читали повесть Льва Кассиля «Кондуит и Швамбрания» или вообще впервые слышите фамилию этого писателя, то вы – не советский ученик (вам…

  • У нас там не орехи!

    «У Вас там что? Орехи?!» – с легкой иронией спросила меня дама, выдававшая посылку. При этом коробка, которую она потряхивала с профессиональной…

  • Светлое будущее

    Когда я занимаюсь очередной «инвентаризацией» домашнего хозяйства, в руки мне попадаются довольно приятные вещицы, не нашедшие пока активного…

  • Теория и практика

    Думаю, что мой муж напрасно выучился на физика-теоретика. Мне кажется, ему теоретическая ядерная физика в жизни не пригодилась ни разу ( во всяком…

  • Незолотой ключик

    Двадцать лет назад, уезжая в далекую страну на постоянное место жительства, заведующая отделением, в котором я начинала работать клиническим…

  • Библиофил

    Поскольку я никогда не «читала запоем», назвать себя книголюбом, или библиофилом, я не могу. Мне всегда казалось, что книголюб – это человек, который…

  • Без названия

    У нас такая работа, на которой постоянно что-то происходит. И дело не только в том, что мы работаем с людьми, а с людьми, особенно с больными, все…

  • К вопросу о доверии

    Докладываю, как и обещала: экземпляр журнала с моей статьей доставлен Валентиной в больницу, где я работаю, и передан мне секретарем. Всё – больше…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments