Ольга Серебровская (olga_srb) wrote,
Ольга Серебровская
olga_srb

Мой Ленинград

Мой Ленинград – это город, куда меня регулярно привозили в детстве к бабушкиной старшей сестре. Следуя семейной традиции, мы все звали ее Кокой, хотя ее настоящим именем было имя Таисия. Кока была «настоящей женщиной»: живя большую часть жизни в коммунальной квартире, она не выходила из своей комнаты без прически, маникюра и макияжа. Дома она носила шелковые халаты, которые я считала «китайскими», и парчовые домашние туфли на каблучках. Даже если она шла выполнять свой коммунальный долг – мыть уборную в день «дежурства» - она шла с достоинством и в отличном настроении. Представить ее лохматой или «не в духе» я не могу.


Мой Ленинград – это запах Кокиной «Красной Москвы», это розовая пудра в картонной круглой коробочке, это крошечные шкатулочки, в которых хранились дешевые безделушки, казавшиеся мне бесценными сокровищами. Кока ходила на Мальцевский рынок «за обрезками», не пропускала ни одной театральной премьеры, и, имея минимальный доход, вела исключительно элегантную жизнь. В своей комнате она пережила всю блокаду – с первого до последнего дня, и, оставшись в живых каким-то чудом, никогда не говорила ни о войне, ни о блокаде, ни о болезнях. Она говорила и думала о красивом.

Ее тридцатиметровая комната была совершенно бесхитростно зонирована на спальню, столовую, гардеробную, гостиную и еще множество других помещений путем умелой расстановки мебели. Спальный уголок был отгорожен от «столовой» гардеробом, а «будуар» представлен компактным туалетным столиком и старым зеркалом, в котором едва можно было различить свой силуэт. Слева от входа была «прихожая»: вешалка с тремя крючками, а справа – «столовая». На обеденном столе лежала тяжелая скатерть с кистями, на которую с торжественным звоном выставлялись чайные пары, подстаканники, стеклянные вазочки с вареньем и с кусковым сахаром, а также выкладывались ложечки и щипцы. Над столом висела лампа, которую непременно следовало выключать, перемещаясь в другую часть комнаты – Кока строго за этим следила. В дальнем углу была «курительная» - несмотря на то, что Кока категорически не одобряла то, что ее муж, Владимир Гаврилович, курил, ему дозволялось держать в «курительной» пачку папирос, газеты и простые инструменты (молоток, отвертку и что-то еще в этом роде).

На Кокином балконе цвели анютины глазки и вальяжно лежал кот. Мне казалось, что анютины глазки цветут у нее круглогодично, и я была уверена: явившись в Ленинград зимой, я бы увидела на балконе их разноцветные лепестки.

Для меня Ленинград – это не та холодная имперская столица, в которой «маленький человек» был обречен на страдания; это не город Гоголя, Достоевского и Блока. Мой Ленинград – это бесконечно раскачивающийся маятник в Исаакиевском соборе, это лимонад в бумажных стаканчиках, это булка с маслом, подаваемая каждое утро на завтрак, это колоннада Казанского собора, упирающаяся в небо, и критическое отношение ко всему «московскому» - от опереточных «звезд» до способа нарезки колбасы.

Конечно, меня водили не только на Мальцевский рынок и в Летний сад, но и в музеи, но повседневность сохранилась в моей памяти более детально. В моем Ленинграде нет дорожных заторов, платных парковок и бизнес-ланчей, хотя все это тоже – Санкт-Петербург.

Если бы я была президентом, или хотя бы тем, у кого есть реальные полномочия принимать решения (то есть, наверно, все-таки президентом), я бы отдала московский бюджет моему Ленинграду и еще одному городу – Выборгу, о котором напишу отдельно.

Tags: личное
Subscribe

Posts from This Journal “личное” Tag

  • Как я не внесла вклад в науку (начало)

    Три четверти моих друзей и подружек – доктора наук, и все они без исключения задают мне вопрос «почему ты до сих пор не защитилась?». Кто-то задает…

  • Хороша страна Кальдония!

    Если вы не читали повесть Льва Кассиля «Кондуит и Швамбрания» или вообще впервые слышите фамилию этого писателя, то вы – не советский ученик (вам…

  • У нас там не орехи!

    «У Вас там что? Орехи?!» – с легкой иронией спросила меня дама, выдававшая посылку. При этом коробка, которую она потряхивала с профессиональной…

  • Светлое будущее

    Когда я занимаюсь очередной «инвентаризацией» домашнего хозяйства, в руки мне попадаются довольно приятные вещицы, не нашедшие пока активного…

  • Теория и практика

    Думаю, что мой муж напрасно выучился на физика-теоретика. Мне кажется, ему теоретическая ядерная физика в жизни не пригодилась ни разу ( во всяком…

  • Незолотой ключик

    Двадцать лет назад, уезжая в далекую страну на постоянное место жительства, заведующая отделением, в котором я начинала работать клиническим…

  • Сочувствие

    Русский язык - не только великий и могучий (как уверял Иван Сергеевич), но и весьма странный. Одно из странных слов – «сочувствие». Если разделить…

  • Библиофил

    Поскольку я никогда не «читала запоем», назвать себя книголюбом, или библиофилом, я не могу. Мне всегда казалось, что книголюб – это человек, который…

  • Без названия

    У нас такая работа, на которой постоянно что-то происходит. И дело не только в том, что мы работаем с людьми, а с людьми, особенно с больными, все…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 112 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →