Моя любимая улица
Пятьсот лет назад здесь был густой смешанный лес, через который проходила грунтовая дорога к монастырю, и река, которая разливалась каждую весну. Постепенно вдоль дороги стали селиться люди, но лесные массивы оставались обширными. Спустя сто лет местности «повезло»: через нее в свои отдаленные села стал ездить царь, и дорога превратилась в аналог современной «Рублевки». А в России всегда действовал принцип: где «рублевка» - там «элита». Постепенно лес сокращался, а жилой массив расширялся.
Ради своего удобства царь велел выложить бревнами тот отрезок дороги, по которому он ездил. Работы велись не за счет царя, разумеется - за счет дворов и лавок, расположенных на улице. Через речку, ежегодно устраивающую непролазную грязь, перекинули деревянный мостик, а на берегу речки построили церковь.
Со временем кроме «элиты» здесь появился и трудовой народ. Согласно традициям того времени, работники селились по профессиональному принципу, создавая слободы, профиль которых навсегда запечатлели названия переулков. Слева (если ехать из Кремля) поселились те, кто делали котлы, справа – те, кто шили колпаки. Дальше по ходу движения обосновались те, кто возил за царем походные шатры, работал в казне, ведал царскими садами. Каждая слобода считала своим долгом выстроить собственную церковь.
Однажды речка вышла из берегов и разрушила одну из церквей. Это природное злодеяние вынудило жителей спрятать речку в трубу. Проблема разливов и грязи была решена навсегда, церковь пришлось полностью перестроить, а траекторию бывшего русла теперь повторяют переулки. К тому времени никакие цари здесь уже на свои дачи не ездили, поэтому жизнь наладилась и текла своим чередом.
Именно здесь впервые в городе мостовую вымостили булыжником, дома стали строить в духе времени, часто перестраивать, в основном, за счет увеличения этажности и модернизации декора. На первых этажах размещались лавки, на вторых-третьих – жилые помещения.
Во время пребывания в городе Наполеона улица стала центром «французской Москвы»: здесь поселился французский генерал-губернатор, размещался французский муниципалитет и полиция.
После пожара 1812 года вдоль улицы проложили «красную линию», чтобы фасады размещались организованно, а ширина улицы позволяла ездить по ней беспрепятственно. Эта линия сохраняется до сих пор. Все, что не сгорело (то есть почти все строения), было отремонтировано, но и то, что выступало за «красную линию», сносить не стали – оставили потомкам, чтобы им было что разрушить через 120 лет.
Шум вернулся на улицу, когда на окраине города построили вокзал, и оказалось, что самой удобной дорогой с вокзала в центр стала наша Покровка. Следствием этого стало появление здесь гостиниц, трактиров, мастерских.
Еще одним событием стало появление конки, а затем – трамвайной линии.
Прошли годы, но ничего не изменилось. Только трамвая больше нет.
Ради своего удобства царь велел выложить бревнами тот отрезок дороги, по которому он ездил. Работы велись не за счет царя, разумеется - за счет дворов и лавок, расположенных на улице. Через речку, ежегодно устраивающую непролазную грязь, перекинули деревянный мостик, а на берегу речки построили церковь.
Со временем кроме «элиты» здесь появился и трудовой народ. Согласно традициям того времени, работники селились по профессиональному принципу, создавая слободы, профиль которых навсегда запечатлели названия переулков. Слева (если ехать из Кремля) поселились те, кто делали котлы, справа – те, кто шили колпаки. Дальше по ходу движения обосновались те, кто возил за царем походные шатры, работал в казне, ведал царскими садами. Каждая слобода считала своим долгом выстроить собственную церковь.
Однажды речка вышла из берегов и разрушила одну из церквей. Это природное злодеяние вынудило жителей спрятать речку в трубу. Проблема разливов и грязи была решена навсегда, церковь пришлось полностью перестроить, а траекторию бывшего русла теперь повторяют переулки. К тому времени никакие цари здесь уже на свои дачи не ездили, поэтому жизнь наладилась и текла своим чередом.
Именно здесь впервые в городе мостовую вымостили булыжником, дома стали строить в духе времени, часто перестраивать, в основном, за счет увеличения этажности и модернизации декора. На первых этажах размещались лавки, на вторых-третьих – жилые помещения.
Во время пребывания в городе Наполеона улица стала центром «французской Москвы»: здесь поселился французский генерал-губернатор, размещался французский муниципалитет и полиция.
После пожара 1812 года вдоль улицы проложили «красную линию», чтобы фасады размещались организованно, а ширина улицы позволяла ездить по ней беспрепятственно. Эта линия сохраняется до сих пор. Все, что не сгорело (то есть почти все строения), было отремонтировано, но и то, что выступало за «красную линию», сносить не стали – оставили потомкам, чтобы им было что разрушить через 120 лет.
Шум вернулся на улицу, когда на окраине города построили вокзал, и оказалось, что самой удобной дорогой с вокзала в центр стала наша Покровка. Следствием этого стало появление здесь гостиниц, трактиров, мастерских.
Еще одним событием стало появление конки, а затем – трамвайной линии.
Прошли годы, но ничего не изменилось. Только трамвая больше нет.