Нежелание многих женщин называть свой паспортный возраст общеизвестно. Даже 58-летняя Раечка уклончиво ответила вопрос о числе прожитых лет, полукокетливо отделавшись арифметическим примером: «40+». То и дело в ЖЖ попадаются намеренно не обновляемые «метрики» или загадочные формулировки типа «слегка за 30» (при этом вскоре выясняется, что «слегка» - это ровно 39). Женщины хотят выглядеть моложе. Не только внешне, но и метрически. Потому что, по их мнению, мужчины предпочитают привлекательных, а привлекательность = молодость. Мужчины, взросление которых ассоциируется в общественном сознании не столько со старением, сколько с приобретением опыта, обычно спокойно отвечают на вопрос о возрасте. Ну, если только в гонке за молодыми женщинами их не начинают опережать более прыткие соперники. Собственно, всё это характерно для общества, в котором молодость и успех синонимичны. Но «народ хочет знать»! И задает дамам неприятные вопросы - сколько да когда. Между тем существует 3 категории женщин, не скрывающих свой возраст : 1.те, которые уверены, что выглядят моложе своих лет (называя правдивое число, они обычно наслаждаются произведенным эффектом); 2.те, которые уверены, что выглядят привлекательно за счет иных качеств, и знают мужчин, способных оценить именно эти достоинства (собственно, мужчины-ценители молодости в электорат этих женщин не входят); 3.те, которые уверены, что прожитые года, подобно акциям, должны приносить дивиденды (обычно возраст озвучивается в общественном транспорте или в споре). Всем знакомая ситуация: некто сообщает о кончине N. Выдержав предписанную приличием скорбную паузу, обычно задают два вопроса: «А сколько ему/ей было лет?» и «От чего?». Если обладатель информации не даст конкретных ответов, а пустится в рассуждения типа «какая разница? ведь умер – человек и т.п.», его, конечно, не осудят и простят, но осадочек останется. Потому что любому человеку надо вписать произошедшее событие в свою индивидуальную концепцию мира, в которой для каждого житейского события установлен нормативный срок: жениться – в …, заболевать – в…, умирать – в… Спросивший о возрасте и непосредственной причине смерти должен убедиться, что произошедшее носит закономерный характер («восемьдесят два? ну, тогда понятно…») и успокоиться. Или, наоборот - насторожиться, если оно случилось вопреки нормальному ходу жизни и несет в себе содержание, предупреждающее о возможных опасностях («тридцать девять? и не болела?! ужас!»). Конечно, событие, которое не может быть квалифицировано индивидуальной концепцией мира как естественное, произведет большее впечатление, что выразится в массовом припоминании других случаев неожиданных смертей. «Остерегайтесь женщины, которая не скрывает свой возраст, - она способна на всё» , - сказал Оскар Уайльд. И он был прав. Или нет?